В России дела с инновационным бизнесом обстоят плачевно: по данным ВЦИОМ, в феврале 2006 года в России инновационный сектор в структуре малого предпринимательства занимал долю от 1,4 до 3,5%. При этом, только 10-15% инновационных компаний интересуются привлечением инвестиций, доступом к специальной информации, занимаются проблемами охраны и защиты интеллектуальной собственности, подбирают кадры финансового и инновационного менеджмента. Иными словами, только эти 10-15% являются действительно инновационными, способными двигать вперед и науку, и промышленность. Причина такого положения дел — в законодательных сложностях, присущих инновационной деятельности.

Наталья Золотых, к.э.н., патентный поверенный РФ, генеральный директор компании «Транстехнология» и член президиума общественной организации «ОПОРА РОССИИ», полагает: «Инновационные предприятия относятся к разряду наиболее проблемных в области малого и среднего бизнеса, связанных с большими техническими и коммерческими рисками. Помимо трудностей, характерных для всех малых и средних предприятий, обусловленных отсутствием налоговых льгот, государственных заказов, финансовой поддержки, они испытывают специфические сложности, характерные для научно-технологической деятельности».

К таким специфическим сложностям можно отнести, например, то, что инновационные компании практически не имеют шансов получить заказы от отечественной промышленности из-за низкого спроса на наукоемкие технологии в России. Также, они лишены доступа к финансово-инвестиционным ресурсам в силу высокого риска инновационной деятельности и низкого уровня своего залогового обеспечения.

Инновационный бизнес не относится к числу быстроокупаемых. Обычные кредиты для него не подходят. Тем не менее, на базе многих российских НИИ существуют, где по одному, а где по два жизнеспособных предприятия, созданных учеными этих НИИ. Такие предприятия продают инновационную продукцию. Но где они нашли средства на производство, сказать трудно: в России практически нет венчурных фондов, которые могли бы заняться финансированием инноваций.

Недавно по инициативе МЭРТ была создана «Российская венчурная компания» (РВК), иначе называемая «фондом фондов». Премьер Михаил Фрадков определил ее бюджет: 16,5 млрд. руб. Эксперты называют такую сумму лишь попыткой показать заинтересованность в развитии инновационных отраслей. МЭРТ рассчитывает при помощи рекламных и PR-кампаний привлечь в фонд РВК до 30 млрд. руб. По словам главы ведомства, Германа Грефа, эти средства РВК будет распределять между 8–15 фондами, в каждом из которых доля государства будет составлять 49%, а остальное будет принадлежать частным инвесторам. «Суммы малы даже по российским меркам, — полагают в ИК «Финам». — К примеру, размер частных инвестиций в одну телекоммуникационную отрасль на порядок превышает размер суммарных госинвестиций».

Как всегда в России, впереди оказался ВПК: его Финансово-промышленный венчурный фонд начал финансирование проекта для своих нужд на Среднем Урале. Генеральный директор фонда Андрей Шитик считает: «Задачу венчурного фонда в этом процессе мы видим в успешном ведении новой технологии от НИИ до производственных площадей и конечных потребителей».

Однако проблемы не только в финансировании. Зачастую государство ставит препятствия на пути инноваций. Так, в Пущинском научном центре Российской академии наук (ПНЦ РАН) разработали средство профилактики онкологических заболеваний, а заодно и старения. Но заработать на этом средстве не могут: запрещено законом. «На пути инновационной деятельности нам поставили все законодательные рогатки, которые только есть», — пожаловался зампред президиума Пущинского научного центра Вячеслав Корнилов.

Однако пущинские инноваторы все-таки собираются запустить завод по производству генноинженерных препаратов, разработанных Институтом биоорганической химии, и, в первую очередь, дешевого отечественного инсулина. Поначалу инноваторы как могли собирали деньги – около 60-70 млн. евро. Но теперь, чтобы начать строительство, необходимо получить более 40 согласований в различных инстанциях. А «на это нужны немалые средства», отметил глава ПНЦ академик Анатолий Мирошников. «Вдобавок и заниматься этой работой особо некому, — посетовал он. — Менеджеров нужного профиля никто не готовит».

Самостоятельно малому предприятию трудно чего-либо добиться на рынке высоких технологий, если, с одной стороны, его не будет подпирать научный блок, а с другой стороны, оно не войдет в альянс с крупными промышленными компаниями. Слабые связи между малым и крупным бизнесом, а также отсутствие устойчивых контактов с образовательным и научным секторами России предопределяют образование «инновационной пропасти» и сдерживают формирование эффективной национальной инновационной системы.

За рубежом крупные предприятия широко используют возможности малого бизнеса. Например, фирма Siemens включает 300 малых предприятий, на которых выпускается продукция для концерна и проводятся научные исследования. Подобный альянс крупных корпораций с малым бизнесом позволяет сократить издержки на 20-40%.

Российские предприятия, не ожидая милостей от государства, тоже пытаются стимулировать инновации. Например, ОАО «КАМАЗ» в 2007 году выделит 1,5 миллиона рублей на поддержку инновационной деятельности студентов, преподавателей вузов и собственных молодых работников. Предусматривается грантовая поддержка инновационной деятельности, которая будет направлена на финансирование фундаментальных научных исследований вузов, связанных с решением приоритетных задач ОАО «КАМАЗ».

Отчасти помочь малым предприятиям может выставка «Российский промышленник», где субконтрактинг проходит отдельной экспозицией. Здесь же работает биржа контактов, что, по мнению организаторов, должно помочь местным компаниям вписаться в производственный цикл крупных промышленников. «У нас пока нет опыта работы по схеме субконтрактинга… На выставке мы надеемся найти новых партнеров и новые заказы от промышленных предприятий, в частности, автомобильных производств», — делится впечатлениями участник выставки, заместитель директора ООО «ОКБ «Формопласт» Владимир Николаев.

В общем, как всегда, спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Если малый бизнес и крупные промышленные гиганты сами не озаботятся созданием жизнеспособных инновационных предприятий, то Россия останется сырьевым придатком.